Посмотрев парад по телевизору, выхожу из дома. Ничто не напоминает о том, что сегодня праздник, кроме георгиевских ленточек на сумках прохожих. Да мимо электрички пронесся поезд с эмблемами Победы.

Первого ветерана я увидела в метро на эскалаторе. У него в руках было несколько гвоздик, серый пиджак обвешан орденами. Люди шли, шли, шли. У них были георгиевские ленточки, они были с цветами… Но почему-то шли мимо. Наверное, сочли, что метро – не лучшее место для поздравлений. Или что этого дедушку еще поздравят.

 

Станция метро Парк Культуры. Столпотворение. Многие идут семьями. В руках цветы, российские флаги. На головах часто -  пилотки. По большому мосту движется непрерывный поток людей, все идут в Парк Горького. В этом движении много молодежи, семейный пар, курсантов…  но не видно ветеранов. Хотя нет – вон в обратном направлении идут два человека. Спокойные, в чем-то – гордые лица. Кто-то из «нашего» потока поздравляет. В ответ – улыбки, ответные пожелания.

 

Вход в сам парк сегодня бесплатный. Снова – много флагов, громкая музыка, фотоаппараты, гвоздики, тюльпаны.

Дети стоят с цветами и дарят их проходящим мимо ветеранам. Это хорошая традиция.

Опять же – в общем потоке около фонтанов ветеранов особо не видно. По краям расположились бывшие однополчане. За столами сидят один-два-три ветерана и какие-то родственники, фотографы, поздравляющие. Возникает впечатление, что друг с другом этим немногим людям поговорить не дают. И что кипы гвоздик, купленных по двадцатке, ещё надо дотащить домой. И что завтра парадная форма и ордена повесятся в шкаф.

 

Дочери полка

- Нас много здесь сейчас. Самих ветеранов почти нет, - рассказывает мне подсевшая рядом на лавочку Лариса Александровна, - мой отец служил в бронетанковых войсках. Мне было 6 лет, когда война началась, а мой брат трехмесячный умер.

Не только о прошлом мы говорили. Больше как-то о настоящем. И даже расспрашивать не пришлось.

- Националисты вот, например. Это что за люди? Их деды воевали вместе  с таджикистанцами, армянами, а им все равно.

- Псевдопатриотизм?

- Мне кажется, это просто стало модно. И сюда ходить модно.

Люди отдыхают. Лежат на траве с мороженым, катаются на катамаранах.

- Скоро не останется и тех, кто войну заканчивал. Да и мы… Еще в прошлом году ветеранов было больше. Хоть и погода жаркая сейчас.

Да, жарко. И от этого даже мне нехорошо. У ворот парка дежурит Скорая. Замечаю, что одному ветерану меряют давление.

- Я здесь с внуками и правнучкой. Даже мне цветов надарили. Может, букет наберется. Хотя неправильно это.

- Вы же – дети войны. Тяжело всем было.

- Да. Сейчас говорят о поднятии духа, в передачах. А вот ты «Жди меня» смотришь?

- Иногда.

- Там страшные истории бывают. Люди исчезают, потом их находят где-то на заводах..

- Вы вообще телевизор смотрите?

- Знаю, что он неправильный, но смотрю. Что делать еще? Читать все время тоже нельзя. Но на рекламе я звук убираю.

-  Как Вы думаете, а лет через 20 как будут  День Победы праздновать и будут ли?

- Будут. С парадами, пышно, танки будут также вывозить…И Афган, и Чечня. Но они другие.

- В чем, кроме того, что поколения разные?

- Цели другие и стимула у них не было. Им сказали – они выполнили. А во Второй Мировой была глобальная цель… Так и не объяснишь.

 

Следующая точка моего маршрута – Поклонная Гора. Снова в электричку. Выхожу. Народу – толпы. Но взгляд не выхватывает из толпы ветеранов. Иду, иду, иду. Многие, как и я, просто не могут увидеть, кому еще подарить гвоздичку и сказать теплые слова.

Но те немногие ветераны, что мне встретились, оказались необычными и интересными людьми.

- Спортом занимаешься?

- Раньше – да, сейчас бросила.

- А каким?

- Большим теннисом.

- Это хорошо. А я фехтовальщик.

Он тренер, заслуженный, говорит сидящая рядом жена.

- Я немножко фехтую на сабле…

- Да? Это очень хорошо, а где занимаетесь?

- Нигде, сами, с друзьями.

- Приходите в центральную школу, спросите Ионова, обязательно приходите…

 

- С праздником.

- Спасибо, - устало отвечает бабуля. А в ее глазах стоят слезы. Мне хочется сказать что-то еще.

- Я отхожу, мы смотрим друг на друга… не нужно говорить, она видит, что я хочу сказать.

- Не как все.

- Ну да, так… здоровья Вам. Это сейчас, пожалуй, главное. И счастья.

- И тебе.

Снова смотрим.

- Можно я сфотографирую Вас?

- Да можно. Все ходят и фотографируют. Много раз уже щелкали нас с мужем.

- Хотите, я вас еще поснимаю?

- Зачем, уже сфотографировала…

- А может быть, вам фотографии эти прислать? Поправляюсь: передать. Договариваемся. Хорошие люди. Но расспрашивать, к моему стыду, нет времени и сил. Видно, что они спешат на электричку.

 

Глаза ветеранов – отдельная тема. У кого-то они радостные и легкие. У кого-то слезы стоят.

Кто-то передвигается только в инвалидном кресле. Кого-то ведут за руку родственники.

 

А если у кого-то нет родственников и нет сил? Кто их сегодня поздравит? Хотя бы сегодня…

Я разговариваю с Татьяной, она работает в социальной службе.

- Да, на каждые праздники мы ветеранам приносим подарки. Продукты. Для тех, которые лежачие, тоже помощь есть. Приходят люди, наши социальные работники.

 

Хоть немного стало спокойнее.

 

Кто выигрывает? Продавцы мороженого и воды. Аттракционы. Где-то цены на цветы взвинтили. По счастью, далеко не везде.

И в новостях каждого из телеканалов – вон там их машины стоят, скажут: праздник ветеранов.

А что скажут через н-ное количество лет? Если даже сейчас люди проходят с вопросами: Вы тут ветерана не видели? Некому подарить цветы…

И ничем на первый взгляд этот день не отличается от того же дня города. Только ленточками, пилотками и вглядываниями в толпу, редкими душевными разговорами…и глазами ветеранов. Глаза - зеркало души. А эти глаза многое повидали...