«В России нет общественной жизни и общественного мнения», — громил когда-то Чаадаев родину. Неправда ваша, батенька: просто общественная жизнь у нас зачастую принимает разные необыкновенные формы. Например, в последние 5–6 лет она стала концентрироваться в блогах. Русскоязычные блоги начались в 2001 году с записи, остав ленной в жж тартусским филологом Романом Лейбовым (r_l): «Попробуем по-русски. Смешная штука». Такой смешной штукой для круга своих жж оставался до 2004 года, когда «вход по приглашениям» был отменен, и собственные журналы стали заводить самые широкие массы. Это был низкий старт.

В местах скопления народа, неизбежно возникают сначала сообщества по интересам, а затем начинается какая-нибудь деятельность. Поэтому помимо пьянок с экс-виртуальными знакомыми («они действительно существуют!») в блогах появились активисты, занимающиеся сбором средств на лечение тяжелобольных. Главными по интернет-благотворительности стали chistyakova, а затем врач, работающий в хосписе, doctor_liza. Они публиковали информацию о нуждающихся в платном лечении, собирали средства, отчитывались о собранном и о состоянии больных, словом, вели (да и сейчас ведут) подвижническую работу. Не обходилось и без скандалов: периодически появлялись самозванные благотворители, присваивающие себе собранные средства. Случались и более вычурные истории: появлялись интернет-персонажи с выдуманными тяжелобольными родственниками. Они брали уже не деньгами, а сочувствием и мелкими услугами. Зато они имели возможность годами вести репортажи из своего воображаемого мира. После всех скандальных разоблачений блогосфера усвоила 2 основных урока: «доверяй, но проверяй« и »не надо путать автора с лирическим героем«.

Перечислять акции, которые устраивала блогосфера, навалившись всем миром, — язык отвалится: восстанавливали справедливость то там, то сям, собирали подписи для запрета проведения трубы по дну Байкала, добивались запрета рекламы БАДов (с привлечением депутатов Госдумы и составлением письма в прокуратуру), проводили фестивали для своих, защищали права животных, находили водителей, сбивших пешеходов, раскручивали никому не известных писателей. Но практика показала, что массовый ажиотаж вокруг события способен не только помочь, но и совсем наоборот.

Больше года длилось печально известное «дело Тони Мартыновой» (detroyt), внимание к которому привлек ее муж Кирилл kmartynov. Ситуация действительно странная: прокуратура обвиняет девушку, чей трехлетний ребенок упал с лестницы и сильно ушибся, в попытке предумышленного убийства. Дело видится большинству блоггеров полностью сфабрикованным, прокуратура ведет себя неадекватно, а то и противозаконно в отношении обвиняемой, Тоня и ее мужество вызывают всеобщее сочувствие, и поднимается народная волна. Ход рассуждения прост: сколько раз общественному мнению удавалось переломить ситуацию? — и сейчас получится. Меж тем прокуратура обратного хода не дает, следователи совершено звереют, и бедной девушке грозит уже абсолютно реальный срок до 20 лет и разлука с собственной дочерью. Понятно, что после такого общественного резонанса уже не помогут ни заступничество Общественной палаты, ни волосатая лапа. В один прекрасный день Тоня с дочкой просто исчезают: не только из блогосферы, но и с территории нашей необъятной родины.

Никто в этой истории не смог предугадать, как слово наше отзовется. Поэтому имеет смысл 10 раз подумать, прежде чем публиковать какое-то высказывание в интернете. Особенно в эпоху хорошо работающих поисковых машин. Чем дальше, тем сильнее блогами стали интересоваться СМИ. Как средством получения свидетельства очевидца, как способом найти актуальную тему или героя. И встретили ответный интерес блоггеров, который мог в том числе выражаться словами: «Они присвоили себе мой текст и не указали автора!« и »Они это фальсифицировали!«. Так, например, огромную волну возмущения вызвала фальшивая фотография бомбардировок Бейрута, принадлежащая агентству Reuters.

С фотографом, постоянно приукрашающим действительность, Reuters расторгло отношения. Словом, со временем блогосфера перестала восприниматься как помойка с «ничейными» текстами и изображениями. А то, что за свои высказывания надо отвечать, поняли не только блоггеры, но и СМИ. В конце концов, произошло серьезное взаимопроникновение: огромное количество журналистов являются блоггерами, и немалое количество хорошо пишущих блоггеров становятся журналистами. Фактически высказывание в блоге стало приравниваться к высказыванию в СМИ, а автор высказывания перестал быть сугубо частным лицом, скрывающимся за маской: он стал представителем компании, на которую работает, гражданином РФ, студентом ВУЗа, и т. д. Иными словами, за негативный отзыв о работодателе и за публикацию закрытой информации в собственном блоге теперь придется нести ответственность. Так, Савва Терентьев (terentyev) получил год условно даже не за пост, а за комментарий, студентка Валентина Кныш (fartran) была отчислена из СПбГУП за нелестные отзывы о ВУЗе, журналистка Юлия Юзик (yuozik) уволена из «КП» за то, что выразила в своем блоге ярое несогласие с редакционной политикой. Так что теперь — семь раз отмерь. Любое высказывание, хоть и адресуется кому-то конкретному, но доступно всем. Это и есть очередная информационная революция.