В детстве я обожала смотреть сериалы про бедных и богатых, про донов и сеньоров. Кто из нас, затаив дыхание, не следил за любовной историей какой-нибудь сеньориты Изабеллы и молодого сеньора Рикардо? Все эти обширные поля, ранчо, собственные реки и огромное количество слуг, трапезы за длинным столом – все это напоминает мне каким-то образом детство. Но я никогда бы не могла подумать, что когда-нибудь окажусь в сериальной реальности.

Все, что происходило в этой странной истории, как будто было кем-то задумано. Все складывалось именно так, как надо. Все началось с того, что в марте 2009 года мы с фотографом Антоном Ждановым отправились в Колумбию делать материал про эту загадочную страну.

Что мы знаем о Колумбии? Кокаин, Пабло Эскобар, изумруды и кофе – это то, что ассоциировалось с Колумбией лично у меня до поездки в Латинскую Америку. До Колумбии мы месяц провели в Венесуэле, и там я более-менее стала изъясняться по-испански, ведь до поездки единственной фразой в моем испанском лексиконе было «hasta la vista».

В Колумбии мы планировали попасть на карнавал и написать об изумрудах, т.е об их добыче, обработке, продаже. Давно считается, что колумбийские изумруды самые лучшие в мире, и я с этим абсолютно согласна. Забегая вперед, скажу, что приобрела в изумрудных шахтах такие камни, о каких и мечтать не могла в Москве.

Находясь на юге страны, в Барранкилье, родном городе Шакиры, на карнавале, мы уже начали искать в интернете полезные контакты, которые могли бы нам помочь в Боготе изучить тему изумрудов. Удивительно, но в скайпе я познакомилась с женщиной Татьяной, которая вот уже 20 лет живет в Боготе. Отец у нее колумбиец, геолог, учился в МГУ, где и познакомился со своей будущей женой, а потом увез жену с дочерью к себе на родину. Мы разговорились, оказалось, что Татьяна все еще неплохо говорит по-русски. Вообще-то я просто с ней хотела пообщаться на тему поиска русско-испанского переводчика, а волею судеб, оказалось, что отец у нее геолог и связан с добычей изумрудов.

Конечно же, приехав в столицу, мы сразу же отправились в гости к нашим новым знакомым. И действительно, отец Татьяны оказался советником очень важного бизнесмена, сеньора Альберто Сепульведа, владельца первого в мире музея изумрудов, в прошлом крупного изумрудного магната, да и просто одного из самых богатых людей страны.

Через знакомого местного журналиста мы нашли переводчика, Наталью Кастро Торрес, веселую и милую девчонку, которая потом стала нашей хорошей подругой и сопровождала нас везде все оставшееся время пребывания в Колумбии. Я, Антон и Наташа отправились втроем к дону Альберто.

Его офис, он же музей изумрудов (Museo de Esmeraldas) находится на 23этаже одного из самых высоких бизнес-центров Боготы. После небольшого интеревью, дон Альберто показал нам музей, магазин и свою молодую помощницу. Мы увидели ее и обомлели, мало где можно увидеть личного помощника в таких украшениях! Ее уши, шея, пальцы были украшены зелеными камнями, я думаю, тысячи по 3 долларов каждый.

Ранчо

Богота находится в горах, поэтому там всегда пасмурно и часто идет дождь. Когда мы приехали из 32-градусной Барранкильской жары в 18-градусную Боготу, Антон вздохнул с облегчением. Такая прохлада ему по душе, а вот мне совершенно не нравилось, что приходится тепло одеваться, и в шортах коротких не походишь. Я была счастлива еще от того, что на выходные можно уехать от дождя и туч. Мы с Наташкой набрали кучу платьев, юбок, летних аксессуаров, а Антон взял лишь рюкзак с фотоаппаратом и мы выдвинулись в путь.

Приехали к месту сбора. И оказалось, что едет 13 человек, считая нас. Пригнали 3 джипа, рассадили нас по машинам, загрузили машины едой. Нас, как почетных гостей, вез Рикардо, молодой дон. С нами в машине ехал сеньор Альберто, его младший брат -начальник охраны. Он сидел с нами на заднем сидении, и я видела , что у него между ног под пончо виднеется пистолет. Он всегда держал на нем руку.
Ехали мы довольно долго, петляя по горным дорогам пригородов Боготы. Уже через пару часов мы выехали из зоны «вечного столичного сумрака», снова появилось солнце и стало жарко.
Через четыре часа мы приехали на ранчо. Ехали через бескрайние поля и плантации, и нам сказали, что тут начинаются владения дона Сепульведа. Но на первом ранчо мы оставаться не собирались, остановились, чтобы выпить рома и посмотреть ферму. Уже темнело (а темнеет на экваторе в 6 вечера), но мы отправились дальше, чтобы до ночи попасть на самое большое ранчо в 300 га земли.
Наконец ,3 огромных джипа въехали на территорию основного ранчо. Нам навстречу высыпали слуги. Пока мы рассаживались на площадке перед домом, слуги разгружали арбузы и бутылки с ромом, а сам дон Альберто, так хотел угодить российским друзьям, что сам разносил нам чипсы.

Но тут как раз и началась любовная история. Наташка ехала в другой машине, всю дорогу проболтала с Изабеллой. Мы так и не поняли, кем она приходится всей этой семье. Но она положила глаз на смазливого сынка Сепульведа. Да, его взгляд был дерзок, он легко вел машину одной рукой, он по-хозяйски обходил «свои» владения, он отлично говорил по-английски и рассказывал о своей учебе в Штатах – в таких легко влюбится провинциальным девочкам, помешанным на шмотках. Изабелла и была такой, она жила в пригороде Боготы и в столицу ездила на шопинг. Пока мы с Наташкой мешали ром с колой и танцевали, она говорила только о вещах, спрашивала, есть ли в России магазины, что там носят и т.д. В ту первую ночь все были опьянены ромом, жарой и эмоциями, а Изабелла и Рикардо были опьянены еще внезапной любовью. Все гости расположились в огромном доме, но лишь Рикардо спал в палатке возле дома. На утро все собрались за завтраком, Рикардо и Изабелла вышли из одной палатки, но… почему-то больше не разговаривали.

Утром нас повезли на пляж. «Это моя река, это мой пляж, я с детства за всем этим слежу», - говорил сын дона Альберто. Вот интересно, а кто старше он или жена отца?

Ром лился рекой, слуги развлекали нас как могли. Катали нас на лодке по реке, привели лошадей, чтобы гости покатались, прямо на пляж привезли нам с ранчо обед. Изабелла то и дело пыталась начать с Рикардо разговор, но он ее удачно избегал. Она пыталась положить ему голову на плечо, он убирал и разговаривал с нами о российской политике. Бедная Изабелла, ей ничего не оставалось, как налегать на ром.

Особо приятно было за родину, когда на другом конце света садишься в машину и на заднем сидении находишь там книгу К.Симонова «Vivos y muertos», и когда репортер из Колумбии спрашивает про Сталинградскую битву и Петра Первого.

Совместные трапезы как правило проходили на длинным столом. Показательно, как располагались сидящие за столом по статусу. Во главе стола сидел сам дон Альберто, справа от него – его сын Рикардо. Возле Рикардо – я, а слева от дона Альберто – Антон. На другом конце стола восседал брат дона Альберто. Все остальные сидели как хотели и постоянно менялись.

Подавали в основном вареное мясо и картошку, овощи и фрукты как-то совсем не распространены. Пьют лимонад и ром. Слуги очень неразговорчивы, делают свое дело и уходят.

Комары там просто звери! Местных не кусают, но нас всех искусали так, что все ходили сплошь покрытые красными пятнами и чесались. Не помогали никакие репелленты. Почти все гости сидели по полдня в реке, и пили ром. Вот так и прошли эти выходные.

Назад мы выехали в воскресенье, когда было уже темно. Искусанные, но довольные выходными, мы делились с Антоном впечатлениями, обсуждали любовную связь Рикардо и Изабеллы, благо, что два месяца в Латинской Америке по-русски можно было говорить громко и совершенно не опасаясь, что тебя поймут.

Рикардо привез нас прямо к нашему хостелу уже ночью. Мы опять приехали в прохладную пасмурную Боготу. И только через час я обнаружила, что забыла у Рикардо в багажнике свои кроссовки, я ходила в них в Боготе, а на ранчо, на жаре они мне были совершенно ни к чему. Потом неделю я пыталась выловить Рикардо в городе, чтобы их вернуть. Но это уже совершенно другая история.

все фотографии Антона Жданова